Документальное кино — это тот ген, который телевидение унаследовало от кинематографа. Разговорность — от радио, визуальность — от кинематографа.
Документальный фильм сейчас становится своеобразной жертвой вещательной политики. Для качества документального кино показательно то, что ВГТРК, забрав себе канал 24_DOC из общедоступного бесплатного эфира, оперативно перевело его в своё цифровое семейство, а потом закрыло этот канал. 24_DOC был исключительным явлением в истории всего отечественного телевидения. Это был тот канал, где показывали и наше, и зарубежное фестивальное документальное кино. Сейчас подобного нет. Фестивальному кино доступ на российский телеэкран закрыт.
В дотелевизионную эпоху киножурналы принято было называть киножурналистикой, а документальные фильмы — кинопублицистикой.
Эстетическое и социальное находятся в зыбком равновесии в каждом произведении.
С развитием телевидения документальные фильмы в нашей стране и за рубежом всегда были востребованы. В советское время считалось нормальным показывать рубрику документальное кино в утреннем, дневном и вечернем эфире. В постсоветское время сериалов, разоблачающих советский миф, было создано больше, чем за все советские годы (безмерные сериалы Сванидзе, Парфёнова, Киселёва). Это был важный наполнитель телеэфира с пропагандистской точки зрения.
Сейчас само понятие документальный фильм изменило смысл, покрывая телепрограммы, в том числе и научно-популярное кино, а это значит, что игровые съёмки и даже анимация входят в норму, становятся определёнными характеристиками современного некоего «формата».
В архивах сайта «Россия-1» насчитывается 81 тыс. названий этих самых продуктов, которые справедливо можно назвать гетерогенными. Гетерогенной была продукция начала ХХ века. Началась неделимость игрового и неигрового, и люди не понимали, в чем значение киноправды. Если рассматривать программы передач, то стабильное место днём и в выходные на «России-1» имеют фильмы культурно-развлекательной тематики — портреты знаменитостей к юбилею или похоронам. Если мы смотрим фильмы социальной тематики, то на «России-1» их практически нет.
В 2015 году из новостных репортажей корреспондентов Мамонтова, Рогаткина, Попова, Соболева и т.д. вырастали очень спорные по методам фильмы. Была рубрика «Специальный корреспондент». В ней фильмы сводились с ток-шоу. Ольга Скабеева параллельно открыла программу «ВЕСТИ.doc», специально предназначенную для демонстрации качественного документального кино, произведённого каналом. В 2017 году не стало ни «Специального корреспондента», ни «ВЕСТИ.doc».
Появилась передача «60 минут», где Скабеева с Поповым объединились и выходят в эфир дважды в день. Также они хорошо справляются с широким кругом экспертов разных политических убеждений. Но здесь статус кинодокумента совершенно иной. Если в «Специальном корреспонденте» фильм вырастал из репортажей вестей и представлял целостное авторское видение ситуации или проблемы, то здесь программа оперирует по существу видеоматериалами в процессе подготовки вестей, предваряя вечерний выпуск. Хроника разлагается по кадрам в подкрепление точки зрения ведущего.
Здесь важно не только то, что ток-шоу вытесняет фильм из эфира, но и то, что подрывается достоверность его основы документального кадра. Это касается даже передач Соловьева, дискуссия которых наиболее последовательна и не зависит от видеоматериалов.
Причины увлечения монтажно-цифровыми экспериментами с внутрикадровым содержанием видятся, во-первых, в характерном для всей аудиовизуальной сферы обострении борьбы за зрителя на перцептивном уровне, во-вторых, в том, что пафос вещания достиг своего пика, исчерпывая формально содержательные ресурсы политической мысли.
С другой стороны, зритель привык к аудио восприятию полемики и отвык всматриваться, вслушиваться и размышлять над кадром. А любой документальный фильм всё-таки предполагает размышление, соразмышление, требует больших творческих затрат от канала и от телезрителя.
Сегодня общественно-политический контент «России-1» строится на стратегическом единстве стиля новостей и ток-шоу. Для этого стиля характерны:
полемичность; стремление опровергнуть видимое или невидимое в новостях оппонента; господство вербального ряда, который стремится всё больше к метафоре;подчинение событийного наполнения драматургии политических сценариев, которые развёрнуты по всем медиа, не только по ТВ; повторяемость кадров в шоу, фрагментация, визуальные элементы; демонстративность выявления смыслов происходящего.